May. 1st, 2017

svnthronin: (Default)
Дмитрий Быков «Один» 28.04.17:

О труде, помощи и благотворительности:

труд — это такая штука двойственная. Она, с одной стороны, помогает осознать своё величие человеческое, помогает менять мир, помогает как-то ощутить возможность реальных перемен и то, что сила у тебя в руках. Да, это прекрасно. Вскопаешь, бывало, грядку — и то уже хорошо. Но, с другой стороны, есть труд как самогипноз, просто труд как способ отвлечь себя от назойливых вопросов.

Работа в этом смысле помогает себя оглушить, но это не имеет никакого отношения к душе. И вот точно так же очень здраво писала Цветаева когда-то Борису Бессарабову, она писала: «Вы всё делаете людям добро. Это тоже паллиатив, тоже подмена. Вам Господь дал бессмертную душу для того, чтобы вы заботились о ней, а не для того, чтобы вы помогали окружающим». То есть помогать надо, если вас об этом просят, но видеть в этом смысл жизни — ну, это значит просто уходить от каких-то внутренних своих проблем.
Поэтому, когда я вижу людей, слишком поглощённых работой или слишком много помогающих другим, я понимаю просто, что у них ад в душе, и этого ада они старательно избегают. Хотя не очень мне понятно, так сказать, каким образом этот механизм работает. Но, в принципе, трудоголизм — это всегда, конечно, показатель серьёзного внутреннего кризиса. Поэтому я поздравляю всех с Днём солидарности трудящихся и желаю всем как можно меньше работать и как можно больше трудиться.


О социальных сетях:

«Откуда ваш негативизм в отношении социальных сетей?»

Я вам могу ответить, откуда мой негативизм. И даже более того — я могу вам пожелать такого же точно негативизма. Когда-то я брал интервью у Виктора Суворова и спросил, есть ли у него мобильный телефон. Он говорит: «Зачем же мне это ботало?» Ботало — это тот колокольчик, по которому можно найти потерявшуюся корову. Вот если говорить откровенно, социальная сеть — это ваш способ подарить миру компромат на себя. Я не понимаю, зачем это нужно.

Не надо давать в руки государству никаких свидетельств против себя. Вот сегодня вы что-то написали, а завтра (это, кстати, тоже возможно) вы кого-то лайкнули — и это уже тоже повод для того, чтобы вас обвинить в терроризме.
Поймите, мы живём сейчас в системе, которая нуждается в непрерывном ужесточении. Она должна постоянно поддерживать себя в состоянии истерики, потому что ей иначе ничего нового не предложили. Ну, посмотрите: правда, никакую новую повестку, никакие новые идеи они не предлагают. Я не понимаю, с чем Путин пойдёт на выборы, потому что всё только «не», «не» и «не»: чтобы губернаторы не воровали, чтобы англосаксы не напирали, чтобы украинцы не смели и так далее. Но позитив-то в чём? Идея в чём? Что вы хотите сделать? Где какие-то новые технологии управления? Где новые технологии понимания? Или вы так и будете жить, цепляясь за имеющееся, да? Это, конечно, будет вести к ситуации всё большей истерики, надрыва и всё большей охоты на ведьм, когда уже за ведьму будут принимать самого пушистого какого-нибудь и невинного заю.
Поэтому я настоятельно вам советую: не давайте им в руки никаких аргументов, не говорите о себе.

И самое главное — я не понимаю, почему человек действительно считает свою частную жизнь достойной увековечения. Фотки эти беспрерывные — поймите, это субститут. Это вы сфотографировались, а не сделали что-то. Если бы вы две строчки сочинили в этот день, было бы гораздо лучше.


О пропагандистах:

Я просто хочу сказать, что большой вины нет, наверное, на обывателях, хотя они тоже виноваты во всём. И большой вины нет, наверное, даже на каких-то мелких шестерёнках во власти, которые тихо хапали на том условии, что когда надо будет сдавать кого-то, их сдадут. Ну, ты балласт, а сегодня ты жируешь. Но при всём при этом вот главная вина историческая будет на идеологах всякой мерзости — на тех, кто призывал к расстрелам, на тех, кто требовал запретов, на тех, кто поддерживал самое грязное, на тех, кто считал себя интеллектуалами, понимаете, и при этом громоздил не просто черносотенные призывы, но самый махровый обскурантизм. Вот эти вот кремлёвские обскуранты. Максимум вины, конечно, будет на них.
И сейчас, когда, понимаете, озираешь уже как бы из будущего всю эту ситуацию, больше всего обращаешь внимание даже не на тех, кто терпел, а на тех, кто пытался вскочить в последний вагон этого «имперского поезда». Ну, вот не хватает человеку славы, например, да? Ему кажется, что он пишет хорошо, а его знают мало. Он прыгает туда и начинает писать такие садические какие-то призывы. И таких очень много. Очень много! Другим хватало славы, они от неё сходили с ума.
Но самое, конечно, катастрофическое — это когда люди пытались за счёт… да, пожалуй, за счёт государства поправить свою репутацию, привлечь к себе внимание. Знаете, в тридцатых было то же самое: все эти оды Сталину, все эти оды Берии писали те, кто не состоялся в литературе, кто пытался за этот счёт повысить свою капитализацию. Были, конечно, среди них и субъективно честные люди, но огромное количество народу, гордясь, радостно, с полным сознанием падения перебегало на эту сторону, чтобы свой статус улучшить.
И никого ничему это не научило! Потому что сколько мы видим сегодня людей, которые ничем абсолютно дурным до этого себя не зарекомендовали, а тут на глазах превращались в абсолютных подонков и превратились в какой-то страшный символ. Поэтому время это, конечно, растлительно по своей природе, но спрашиваться будет именно с идейных или с тех, кто косил под идейных.
Почему я так уверен, что будет спрашиваться? Ну, историю немного знаю. Да и потом, вы же сами все, ребята, тоже уверены, поэтому вы и пьёте так много, и истерите, поэтому вы постоянно реагируете на мои какие-то скромные слова в мало кому заметной передаче. То есть вот это ощущение их глубокого внутреннего неблагополучия — оно красноречиво. Поэтому мне кажется, что наша эпоха будет вспоминаться не как смешная, а скорее как страшный и отвратительный соблазн, который далеко не все прошли достойно.


отсюда – http://echo.msk.ru/programs/odin/1970446-echo/
svnthronin: (Default)
Михаил Веллер о работе журналиста:

Случившаяся вчера в передаче «Особое мнение» на радио «Эхо Москвы» глупая и скандальная сцена между мной и ведущей Бычковой явилась для меня происшествием абсолютно неожиданным и крайне горьким. Желающие могут смотреть ролик в Интернете, как ведущей глубоко плевать на мнение гостя, которое он собрался изложить слушателям, а гость взрывается и уходит весьма экспрессивно. Да-да, что-то куда-то летело и характеристика звучала.
Я имел счастье и честь сотрудничать с «Эхом» с 1993 года, когда Матвей Ганапольский впервые пригласил меня в свою передачу. И за несколько сотен выходов в эфир разных форматов не было ничего подобного.
В те времена, когда я учился журналистике, профессионализмом в работе с собеседником считалось умение взять интервью у телеграфного столба, физика-теоретика и глухонемого футболиста. Профессионализмом считалось найти общий язык с африканским пигмеем. Дать через пять минут беседы почувствовать человеку, что ты его друг, единомышленник и компетентный коллега. Суметь посмотреть на мир его глазами и спровоцировать его выложить всю подноготную. Расколоть на беседу по душам любого. Затеять разговор с молчаливым врагом — а завершить его со словоохотливым другом.
Журналистское мастерство — это: спешит по своим делам хмурый замкнутый человек, ты завязываешь с ним знакомство — и через два часа сдаиваешь всю нужную информацию до капли. Ты заинтересовываешь собой недоступную звезду — и добиваешься интервью, где тебе предлагают выпить и перестают смотреть на часы.
Чувство партнера — важнейшее качество журналиста, учили нас. Пойми человека, почувствуй: умей нравиться, вызвать доверие, влюбить в себя!
Журналист — это актер, шпион, дознаватель, провокатор и обольститель. Спорщик и обличитель идейного врага — это отдельное амплуа.
Тебе придется быть эрудитом, подхватывать мысль на лету, скрывать свое незнание и демонстрировать компетентность, наставляли нас. Учись постоянно, умней.
Реплики журналиста должны резонировать мыслям и желаниям собеседника, возбуждая и подталкивая к обрушению лавину информации из его памяти и ума. У настоящего журналиста собеседник становится умнее и осведомленнее себя самого: усилия и желания двоих складываются.
Скрыть от читателя (зрителя, слушателя) себя и явить в полном объеме собеседника, выкладывающего то, что наиболее ценно и интересно узнать от него — вот в чем мастерство журналиста, учили нас в те времена. И это нелегкая задача, кто понимает.
Времена меняются. Похоже, я отстал от жизни. Ныне нормой стало активное обозначение журналистом своего присутствия и утверждение собственной позиции. Порой в ущерб всему остальному.

Мне кажется, повести передачу таким образом, чтобы преданный «Эху» и компетентный гость, которому есть что сказать и который тебе давно знаком, устроил сцену и ушел из прямого эфира с руганью - это не есть профессионализм. Мерило работы — результат.
Мозговая работа по структурированию огромного массива информации в логическую цепь семантически проясненных и грамматически увязанных предложений, которая проходит в формате импровизации и адаптирована к возможностям публики в онлайн-режиме — эта работа производится на очень высоком, «рабочем» уровне адреналина. В режиме сильного перевозбуждения некоторых участков коры головного мозга. Способность к таким перевозбуждениям позволяет достигать успеха в едином сложном процессе мышления, проектирования смысловых блоков, построения фраз и владения аудиторией. В этом состоянии оратор (актер, импровизатор) подобен бомбе на боевом взводе: он перевозбужден и очень остро реагирует на любой раздражитель. От артиста и оратора в работе — бьет током! А в обычном положении бомба на предохранителе, как предмет безопасна. Так в обращении со своим рабочим материалом необходимо соблюдать элементарную технику безопасности. Не суй яйцо в вентилятор.

«Эхо Москвы» — элита российской журналистики, выступить здесь считает за честь и удачу интеллектуалы с ясными мозгами и подвешенными языками. Работать с ними легко — они построят ответ на любой вопрос в любой форме, они не нуждаются в помощи и поддержке ведущего, из-за чего у ведущего может возникнуть ощущение своей ненужности, излишнести. Это тебе не с трактористом мучить интервью о вспаханных гектарах. Но! Если гость говорит интересно и содержательно — профессионализм журналиста в том, чтобы не мешать, пока он не нужен. Споткнулся, замолчал — веди, указывай, разгоняй. Если передача идет хорошо — твое дело сделано хорошо. Профессионализм журналиста не измеряется соотношением слов его и гостя — но только конечным результатом.

Не гость существует для журналиста — отнюдь: но журналист как профессионал формы совместно с гостем как носителем информации создают единый медиапродукт.

Пока мне не будут принесены извинения за оскорбительное поведение ведущей, я с великим сожалением, в свою очередь, вынужден освободить «Эхо Москвы» от своих услуг.


отсюда – http://svpressa.ru/society/article/171468/

Profile

svnthronin: (Default)
svnthronin

July 2017

S M T W T F S
      1
2345678
91011 12131415
16171819 2021 22
23242526272829
3031     

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 22nd, 2017 10:41 pm
Powered by Dreamwidth Studios